КУПИТЬ билеты
«Триада Эрдмана». Три постановки на сценах петербургских театров
Пресса «Мандат» Николая Эрдмана
18.11.2020 Автор: Александр Быстрых // https://spbvedomosti.ru/news/culture/triada-erdmana-tri-postanovki-na-stsenakh-peterburgskikh-teatrov/   

В 2013 году режиссер Владимир Туманов поставил на Малой сцене Театра на Васильевском биографическую драму «Проклятая любовь». Темой постановки стали взаимоотношения драматурга, сценариста и комедиографа, фантастически талантливого остроумца Николая Эрдмана и актрисы Ангелины Степановой. Пьесу о семилетнем (1928 — 1935) романе двух ярких людей эпохи большого террора написала Татьяна Москвина. В 2016-м режиссер Александр Строев поставил в театре «Буфф» грандиозный по масштабу сценических решений спектакль «Пиф-паф!» по пьесе Эрдмана «Самоубийца». И вот на днях, между двумя пиками большого карантина, театр «На Литейном» выпустил премьеру спектакля «Мандат», поставленного режиссером Денисом Азаровым по одноименной пьесе Николая Эрдмана.

С «Мандата» 100 лет назад, в 1920-м, и началась громкая слава Эрдмана-драматурга. На читках пьесы рыдали от смеха Луначарский и Станиславский. Аккуратный в похвалах Максим Горький говорил о ней в превосходной степени. На момент создания «Мандата» автору было чуть больше 19 лет.

На своем месте эрдмановская-гоголевская «мертводушность» персонажа, что так смешила Луначарского со Станиславским. Из 21 выходившего на поклоны персонажа положительным героем, да и то с оговорками, можно считать разве что служанку Настю (Кристина Шелобкова). Что главное действующее лицо Павел Гулячкин (Евгений Тележкин), сам себе выписавший всесильный мандат, что его маменька Надежда Петровна (Тамара Шемпель), что сестрица Варвара (Кристина Убелс), что остальные 17 совграждан... Коммунальный сосед, перспективный жених для Варвары, уличные музыканты или особа, приближенная к императору, — с легкими биографическими отклонениями все они — про античеловеческую сущность мещанства, про зловещую «подкладку» благопристойных с виду поедателей кулебяк и расстегаев. Ради комфортного социального обустройства в новых обстоятельствах они готовы на все. Чтобы не оставить это «все» неосязаемой метафорой, режиссер раздает персонажам легкое стрелковое оружие. И оно успешно стреляет.

Еще «стреляет» в цель режиссерское решение вынести все многофигурное действие «Мандата» в «плохое» место, в необитаемую часть большой столичной квартиры. Это неназываемое пространство — то ли прихожая, то ли широкий коридор, заставленный разномастной мебелью. Нормальный человек не сможет провести в этом энергетически неуютном месте и пяти минут. А герои «Мандата» сюда стремятся, здесь живут и намерены прожить еще очень долго.

Чтобы добиться эффекта обитаемого простенка, пришлось оставить всего метр от сценического пространства и скрыть весь жизненный объем сцены за фальшстеной с тяжелым гобеленовым рисунком. В последнем эпизоде спектакля выяснится, что эта глухая стена — тонкая и проницаемая, сквозь нее легко пробьется короткий квазидокументальный «мультик» из тех наганово-маузеровых времен.

В спектакле явно не хватило острохарактерной музыки и более глубокой развитой шумовой партитуры. В этом смысле «Мандат» избыточно минималистичен, приметы эпохи сосредоточены в костюмах и гриме. Однако таковы производственные реалии XXI века, что предательский исторически недостоверный полиэстер вылезает из всего, что не прибито к стене или не является частью декорации.

Впрочем, не это главное. Премьера в театре «На Литейном» дает законченный симфонический вид эрмановской театральной «триаде» из биографической «Проклятой любви», самоубийственного «Пиф-пафа!» и едкого, местами издевательского, «Мандата». Смотреть ее можно как в порядке появления самоценных частей на театральных подмостках Петербурга, так и по хронике жизни самого Эрдмана. В 1924-м на сцене появился «Мандат», в 1928-м — «Самоубийца». В 1933-м сценариста Николая Эрдмана арестовали прямо на съемках комедии «Веселые ребята» в городе Гагры и сослали в глухую провинцию. Он прожил до 1970-го и всегда был творчески активен. Но пьес больше не писал.