Пресса по темам:

«О спектакле»
Пресса «Кармен» П. Мериме
Автор: Эфендиева Н.//Pulse.2012. ноябрь   
Скажем сразу для тех, кто рассчитывает увидеть на сцене Театра «На Литейном» красавицу Кармен, ее вспыльчивых обожателей и привычные страсти-мордасти — из перечисленного будут только обожатели.
Знаменитая история разыгрывается исключительно силами мужской части труппы. Пространство сцены пусто и черно. Боковые стены и задник затянуты тканью. В глубине — то ли кость (судя по внушительным размерам какого-то мифологического быка), то ли ствол некоего древа (тоже мифологического). Ее будут перемещать на авансцену и обратно, увозить, вытаскивать вновь, вращать туда-сюда. Восемь молодых людей будут лазать по ней, лавируя между «шипами», кувыркаться, как на турнике, балансировать словно канатоходцы и т.п. В общем, продемонстрируют неплохую физическую подготовку. Еще они будут танцевать, бегать, прыгать и совершать предостаточно энергичных и резких движений. Так, по всей видимости, представляют себе страсть режиссер Галина Жданова и балетмейстер Ирина Ляховская. В своей «Кармен» авторы предприняли попытку проиллюстрировать, как мужчины воспринимают женщину, но размышляя об этом с женской колокольни. Понятие «собирательный образ» здесь реализуется в буквальном смысле. Семь актеров призваны изображать тореадора Хозе — вернее, его переживания, возникающие в те или иные моменты повествования. Восьмой — собственно сам Хозе — как бы наблюдает за проявлениями своей пылкой натуры со стороны. Так же, как короля играет свита, Кармен играют мужчины. Однако нельзя сказать, чтоб очень уж убедительно. В начале и в конце молодые люди в современной одежде (кенгурухи, кеды, джинсы, футболки) пылко и с подлинным азартом высказываются на предмет того, что за существо такое — женщина. За разговорами на животрепещущие во все времена темы действие потихоньку перетекает к сюжету и тексту Проспера Мериме, чья новелла и взята за основу постановки. Мужчины продолжают произносить слова, двигаясь то вместе, то поврозь, а то поодиночке, иллюстрируя накал страсти к вольнолюбивой цыганке. И в какой-то момент вдруг понимаешь — драматическое движение очевидно подменяется движением физическим. То есть герои чего-то без конца делают, но смысла в происходящем больше не становится. Из реплик, интонаций, пластики и должен бы сложиться образ Кармен. А он не складывается. Ибо литературная героиня, созданная воображением Мериме — существо, с одной стороны, вполне себе реальное (работница табачной фабрики в Севилье), а с другой — миф, средоточие всего того, что так притягивает мужчину, даже помимо его желания. Некий обобщающий и неуловимый образ. Миф любви и страсти. Тот самый, что покоряет свободой, захлестывающими эмоциями, чувствами, сметающими всех и вся, силой переживаний и героями. По версии, предложенной Галиной Ждановой, мужчин не захлестывает ничего и никуда. Скорее, утомляет. Как утомляет зрителей настойчивая до раздражения демонстрация маскулинного превосходства. А от однообразия идей, увы, не избавляют ни Мериме, ни Лорка.
 

Пресса по темам: